Юристам хорошо знакома латинская фраза confessio regina probationum est, которую принято переводить дословно, несмотря на рассогласование по падежам — «Признание — есть царица доказательств». Практически вся система обвинения держится на скорейшем получении от обвиняемого признательных показаний. Это так не только в России, но и практически в любой юрисдикции, и никакой подлости в этом, по сути, нет. А по жизни — есть.

Признание вины можно получить самыми разнообразными способами, начиная от пресловутой игры в хорошего и плохого следователя и не заканчивая средневековыми пытками, угрозами, шантажом. Увы, в двадцать первом веке нередко прибегают к подобным методам доказывания.

На самом деле, чтобы получить признательные показания, большинству следователей не нужно вгонять под ногти обвиняемому раскалённые иглы, а большинство фигурантов не нужно даже как-то особенно запугивать. Да и не хотят сотрудники соответствующих ведомств подставляться.

После задержания человек находится в специфическом состоянии, он запуган, деориентирован, выбит из колеи и сбит с толку, голова занята страхами и сомнениями. Отличная почва для манипуляций.

Тут-то и рассказывают человеку, что в отношении него собраны неоспоримые доказательства, отпираться бессмысленно и только вредить себе. При этом внушается ещё одна хорошо известная всем и каждому фраза: признание облегчает наказание.

Остальное оказывается делом техники: допрос с подставным адвокатом, подписание явки с повинной. Вуаля, дело сделано. Уголовное дело.

Процентов семьдесят из известных автору обвинений в покушении на сбыт наркотиков появились как раз благодаря признаниям в том, что вес был «не для себя». Задержанному кажется, что «не для себя» — это лучше, чем для себя. Он ведь не наркоман, он просто баловался. На деле, не лучше. Но признание подписано и съехать оказывается непросто.

Освоившись в ситуации, человек понимает, что подписался не под тем, что совершил. В деле появляется адвокат по соглашению, которому и предстоит что-то делать с уже подписанным признанием.

В сегодняшней статье поговорим о том, что делать, если вы поспешили признать вину. Ну или не вы, а ваш друг, родственник, доверитель. Не переключайтесь!

Почему всё законно?

Как я уже говорил, подобное получение признательных показаний является общей практикой и обычным делом. Все необходимые правовые основания при этом есть:

Соблюдены требования статей 50, 51 УПК РФ: Если задержанный не требует дождаться своего адвоката, следователь обеспечивает участие в процессуальных действиях адвоката по назначению (карманного защитника).

Соблюдены требования ч.2 статьи 75 УПК РФ: Зафиксированные в присутствии любого адвоката показания считаются добытыми законно и допустимыми. Да, даже в том случае, если обвиняемый позже попытается от них отказаться.

Соблюдены требования статьи 276 УПК РФ: В случае отказа от признательных показаний, они всё равно могут быть оглашены в суде и быть использованы в качестве полноценного доказательства вины. Отказ суд просто объявляет «злоупотреблением правом на защиту и желанием уклониться от ответственности».

Как быть с признательными показаниями, данными на ранней стадии расследования

Часто можно обнаружить несоответствия во времени. Они появляются, как правило, в силу невнимательности при техническом исполнении документов, но могут быть использованы для защиты. Временные несостыковки могут указывать на то, что адвокат по назначению вообще не присутствовал при опросе обвиняемого.

Здесь адвокату нужно не лениться и искать эти самые несоответствия. Точно установить, что и в какое время делалось, где находился обвиняемый, где находился адвокат по назначению, где в это время физически был следователь. В практике есть случай, когда кассационная инстанция отменила уголовный приговор на том основании, что в момент подписания признания адвокат по назначению находилась с другим доверителем. Это было доказано по записям в журналах учёта выводов обвиняемых из камер ИВС (изолятора временного содержания).

Иногда можно доказать и то, что адвокат по назначению был подсадной уткой, то есть действовал в интересах следователя, а не обвиняемого.

Можно доказать и то, что признание было получено силой, шантажом или угрозами. Это непросто, но возможно. Практика знает немало примеров. Любопытно, например, что летом 2023 года Седьмой кассационный суд общей юрисдикции отменил человеку приговор со ссылкой на то, что суд не провёл проверки заявлений обвиняемой в том, что к ней применялись недопустимые методы. Из материалов не очевидно, применялись ли они на самом деле — суд обязан был проверить, но не проверил. Это сделало приговор незаконным.

Мы ни в коем случае не призываем наговаривать на адвокатов по назначению. Они делают в сфере уголовной защиты огромную работу, во многом низовую, малоприятную, непрестижную и низкооплачиваемую. Именно они первыми приходят на помощь, часто оказываются верными, эффективными, компетентными помощниками. Однако, случаев злоупотреблений действительно много. Мы уже писали о том, чем плохи адвокаты по назначению на следствии.